Сказ про то, как Кузнец и Коржик пластиковые окна покупали

Во времена не столь отдаленные жил-был Кузнец. Хороший он был мастер, много людей приходило к нему заказать что-либо потребное в хозяйстве.
И любил же свое мастерство Кузнец! Так любил, что все в доме своем кованное смастерил: и лавки-то у него кованые, и кровать кованая, и столы кованые! А более всего гордился Кузнец раскрасивейшими коваными рамами для окон. Да и было чем гордиться – узоры витые, цветки да лепестки накладные, подоконники широкие да узорчатые… Словом – лепота! Одно было плохо при тех диковинных окнах: не спасали они кузнеца от ветра да мороза. Но - ништо! Он мужик крепкий, закаленный, у кузнечного очага прокопченный. Что ему до ветерка да морозца, зато на его окна аж из столицы любоваться приезжали!
Так и жил Кузнец в диковинном доме с коваными чудовинами. И вот как-то перед Рождеством задумал кузнец побаловать себя чудом заморским – коржиком сахарным. Видал он такие на ярмарке, да что впустую деньги-то тратить – сам, небось, не безрукий. Куховарить он горазд, уж и коржик как-нибудь смастерит. Долго ли, коротко – испек Кузнец чудо заморское, да и положил его охолонуть на подоконник кованый, на полотенчик белый, да узорами расшитый.
Эх, красота! Коржик румяный, краечки зубчиками, сахарок искриться на солнышке. Удался!
И пошел кузнец по своим делам, а коржик полотенчиком прикрыл и на подоконнике оставил. Время идет, коржик стынет. С окошка-то - ого! как дует. И вот, засияла над полотенчиками дивная радуга, и колокольчик где-то то-о-о-ненько так прозвенел. Зашевелились полотенчики и выглянул из-под них румяный Коржик. Кузнец-то руки золотые имел, ну и Чудеса рождественские совсем рядом были. Вот Коржик-то и удался! Огляделся Коржик – красота какая! Одно плохо – холодно больно! Закутался он в полотенчики да и спрыгнул на пол. А тут шаги – Кузнец вернулся.
А Кузнец вошел в избу, дрова у печи положил да и увидел диво-дивное – стоит Коржик, тряпицами закутался и дрожит!
- А ты как это?.. - Кузнец спрашивает, - ты кто это?..
- Кто, кто – Коржик пока, а дальше мерзнуть буду – камешком стану!
Посадил Кузнец Коржика на лавку к печи, дровишек подбросил – пусть греется. А Коржику опять не то!
- Не нравится мне у печи, сахарок мой намок на окошке от сырости, а теперь плавиться начал. И скамейка твоя – с одного конца горячая – не усидишь, а с другого ледяная. Давай-ка, сделай что-нибудь. А то я совсем рассыплюсь от сырости или высохну от жара!
- Да что ж я сделать-то могу? – удивился Кузнец. – Зима на дворе, вот с окон холодом и тянет, а с печи – жаром.
- Окошко прикрой хоть тряпицей какой-никакой. Все теплее будет!
Но Кузнец не захотел красоту прятать. Обозвал Коржика привередой и пошел опять с делами управляться. А Коржик посидел-посидел на неудобной давке, поглядел на всю эту красоту неприветливую, да и решил: "Пойду-ка я по миру, погляжу – как Кузнецу-то помочь можно. Ведь мужик он неплохой, добрый, мастеровитый. Только темный совсем, непросвещенный. Вот света для него и буду искать!"
Подошел Коржик к двери, толкнул раз, толкнул два – не открывается! То ли Коржик мал, то ли Кузнец двери запер. А Коржик тогда к окошку: авось, откроется! Запрыгнул на лавку, с лавки на подоконник, подтолкнул створку посильнее – она и открылась. Выглянул малыш на улицу – снег на солнышке сверкает, небушко синее-синее, синички цвикают – благодать! Да и мороз не сильный – в избе ненамного теплее. Прыгнул Коржик на макушку сугроба под окном, да и скатился как с горки. И пошел он света для кузнеца искать.
Долго ли, коротко ли шел он, вдруг видит – стоит изба-красавица, из дерева рубленная, деревянными кружевами прикрашенная. И сидит на лавке у избы Серый Волк. Важный такой, в овчинном тулупе, в красных сапогах. Подошел к нему Коржик, да и говорит:
- А скажи-ка мне, уважаемый, что на чудо-окна у тебя в избе? Мудреные, диковинные, видать – заморские? Вот бы моему Кузнецу такие!
- Нет, не заморские. Сами мастерить наловчились. Вон, Лиса Патрикеевна где-то с иноземным купцом Майклом Поттапом познакомилась, он и научил такие оконца изготовлять. Теперь зажили мы славно, разбоем заниматься не надо – народ со всех краев за такими окнами к нам едет. Платят по совести, вот и не бедуем – делом занимаемся.
- А что же в них такого, что во всех краях их прославило?- спрашивает Коржик.
- А все такое! – говорит Серый Волк.- Пойдем в мастерскую, покажу и расскажу.